Центральная Россия, старообрядческий мастер, середина XIX в.
Дерево, левкас; темпера
72,3 × 53,7 × 2,3 см
Доска из двух частей, без ковчега, две врезные встречные клиновидные встречные шпонки
Выставлялась: «Нетленное наследие» (16 июля — 4 октября 2020 года, Музейно-выставочный комплекс Российской академии художеств, Галерея искусств Зураба Церетели, Москва)
Публикации: Нетленное наследие. К 400‑летию Протопопа Аввакума / авт.‑сост. И. Л. Бусева-Давыдова. М., 2020. С. 38, ил. 23.
На иконе изображён в разрезе пятиглавый храм с иконостасом и барочными двухъярусными главками, увенчанными восьмиконечными крестами. Иконостас двухъярусный, с местным и праздничным рядами. В местном ряду — иконы Богоматери Одигитрии и Спаса на престоле. В праздничном — Рождество Христово, Распятие, Воскресение-Сошествие во ад, Крещение, Вознесение. Из двери в жертвенник выходят двое диаконов, из двери в диаконник — двое священников. Перед Царскими вратами, украшенными изображением Благовещения и евангелистов, изображён престол, на нём — дискос с просфорами, потир, напрестольный крест и раскрытая книга — Евангелие. Под иконой Богородицы, слева от Царских врат, на месте подвесной пелены — клеймо с изображением вертикально поднятой кисти правой руки, сложенной в жесте двуперстного крестного знамения. Надпись чёрным: «Яко подобает руко//ю крести/тися сице// благос/ловляти руко//ю». Подпись внизу красным: «θео(д)рит // ψал лис ле». Под иконой Спасителя — рука с таким же жестом, но горизонтально, ладонью вверх. Надпись чёрным мелким шрифтом плохо читается.
В интерьере, на полу, вымощенном прямоугольными плитками, показано и богослужение с архиереем, диаконом и предстоящими разных чинов (миряне и монашествующие). Перед Царскими вратами на двухъярусном амвоне стоит архиерей в шапке (древнем головном уборе русского архипастыря), благословляющий двуперстно паству правой рукой, держа закрытое Евангелие в левой. Слева стоит диакон и держит архиерейский посох, справа ещё один демонстрирует жест двуперстия. За левым диаконом двое юношей бьют земные поклоны, позади них — молодые безусые юноши и женщины в богатых одеждах, на балконе хор — монахи. Симметрично справа расположена похожая группа молящихся, во главе с бородатым старцем в подбитом мехом плаще, за ним — бородатые мужи в одеждах с богатыми оплечьями, за их спинами — две женщины. На балконе или хорах — тоже мужи в богатых одеяниях, один из них держит раскрытую книгу с красным обрезом.
Между церковными главами, на фоне иконы и на полях — текст, написанный чёрной краской, разделённый на главки. Славянские цифры — красные.
Икона представляет собой совмещение распространённых у старообрядцев икон «Образ соборной и апостольской Церкви»1, с изображением иконостаса, и подборок цитат для дискуссий с никонианами, существовавшими в простом рукописном виде или как полемические листы под названием «Предание святороссийской церкви, от лет приснопамятного князя Владимира». Эти лубочные листы появились в середине XVIII в. в Выго-Лексинском общежитии, крупнейшем центре старообрядцев-беспоповцев. Известны примеры листов XIX и начала XX столетий с аналогичным сюжетом. Их суть — компактное изложение вероучения старообрядцев и его отличий от официальной церкви с иллюстрациями ключевых моментов. В основе текстов лежат «Поморские ответы» Андрея Денисова, одного из основателей Выговской обители. Поморские ответы (официальное название: «Ответы пустынножителей на вопросы иеромонаха Неофита») — одно из главных апологетических произведений старообрядцев всех согласий, опубликованное в 1723 г. Авторство считается коллективным, но основная роль всё же принадлежит Андрею Денисову.
Цитаты на полях иконы и её фоне вверху не совпадают с текстами на лубочных листах. Это авторская подборка выдержек не только из «Поморских ответов», но и старопечатных богослужебных книг, со ссылками на Писание, святых отцов, в том числе Иоанна Златоуста, Симеона Солунского и очень почитаемого старообрядцами Максима Грека; а также правила Вселенских соборов и решения Стоглава. Цитаты подтверждают истинность старой веры по вопросам нюансов иконописания, перстосложения, способа крещения, перехода еретиков и иноверцев в лоно истинной церкви, бритья усов и бороды, восьмиконечной формы креста. Все они пронумерованы, снабжены ссылками на источники в виде славянских цифр.
Уникальность иконы заключается в том, что подборка цитат представляет собой не тетрадь, не лист с иллюстрациями основных тезисов, а полноценную крупноформатную икону, где текст заполняет поля и фон. Полемические тексты в таком количестве не встречаются ни на одной из сохранившихся иконографических аналогий, а похожие по сюжету иконы, как правило, значительно меньших, камерных размеров.
Утрата красочного слоя на крыше храма слева. По тёртости, выкрошки красочного слоя, сколы по краям. Трещины по стыку досок, текст на полях частично смыт, частично из‑под него просматривается нижележащий текст. Шпонки вышли из пазов.
Над куполами, слева: | Этот фрагмент представляет собой выжимку из «Поморских ответов», а именно ключевые аргументы из Ответа 5‑го (о двуперстии) и Ответа 1‑го (о трехпогружательном крещении). |
В центре: | «Смотря на образы древних живописцев» — это отсылка к Стоглаву, сборнику решений Стоглавого церковного собора, состоявшегося в Москве в Кремлёвском Успенском соборе в 1551 году при участии царя Ивана IV. Среди решений было зафиксировано пожелание к иконописцам ориентироваться на древние образцы. Здесь жёстко критикуются католические картины и гравюры, проникавшие в Россию из Польши и Малороссии. В традиционной православной иконографии Пресвятая Богородица всегда изображается в мафории, что символизирует Её девство и смирение. Западные же мастера Возрождения и барокко писали Деву Марию с распущенными волосами и непокрытой головой («непокровенну главу имат украшену»), уподобляя Её светской женщине. Старообрядцы считали это кощунством и ересью. |
Над куполами, справа: | Этот фрагмент взят из послесловия к знаменитой старопечатной книге дониконовской печати — «Книге о вере единой истинной православной…», изданной в Москве в 1648 г. на Московском печатном дворе. В нём объясняется государственная и религиозная цель создания этой масштабной антологии. Для старообрядцев дониконовская «Книга о вере» 1648 г. была священным каноническим текстом. Когда Никон изменил обряды, старообрядцы (особенно выговские поморские мастера) стали воспринимать «Книгу о вере» как «последнее истинное слово», напечатанное благочестивыми царями. |
На верхнем поле: | (первый столбик) |
На левом поле: | Текст выше сложно идентифицировать. Второй фрагмент — из канона на Богоявление (Крещение Господне) из дореформенной Минеи. Речь идет об Иоанне Крестителе. Способ крещения имеет для православных (и старообрядцев, и никониан) принципиальное значение: православные крестятся погружением, католики — обливанием. В первой половине XVII столетия имела место полемика о том, стоит ли перекрещивать униатов и католиков, решивших перейти в православие. Одним из аргументов за перекрещивание был именно способ крещения. |
I (10) | Этот фрагмент относится к «Поморским ответам» Андрея Денисова. Цитата содержится в Ответе 5‑м, который целиком посвящён историческим и каноническим доказательствам древности старообрядческого двуперстия. Выговские поморцы приводят знаменитый иконописный аргумент, ссылаясь на «Сказание о Тихвинской иконе Божией Матери», где описывается жест |
словляющую спасову десную руку образом… пресвятые Богородицы яже // нне на их… изобрази двема // персты яже при Клавдии кесар//стве написал и послал во Александрию державному князю Феофилу | Христа-Младенца на первообразе. Полемист ссылается на 24‑ю главу Евангелия от Луки, где описывается Вознесение Господне. Поморцы доказывают Синоду, что апостол Лука, будучи первым иконописцем, лично зафиксировал жест Христа. Написав образ Пресвятой Богородицы, он изобразил благословляющую правую руку Младенца именно со сложением двух перстов. Христианское предание гласит, что апостол Лука адресовал своё Евангелие и книгу Деяний некоему «державному Феофилу». В старообрядческом тексте (вслед за древнерусским Сказанием) утверждается, что икона «Богоматерь Тихвинская» была написана в Риме во времена правления римского императора (кесаря) Клавдия и отправлена тому самому Феофилу. |
Е (4) | Фрагмент является важнейшей канонической формулой, которую старообрядцы использовали для богословского обоснования обязательности восьмиконечного (трисоставного) Креста. |
Г (5) | Тема трисоставности древа была одной из главных в полемике с официальной церковью. В «Поморских ответах» (Ответы 36—38) Андрей Денисов посвятил несколько глав защите исключительно восьмиконечного креста. Синодальные миссионеры допускали использование четырёхконечного латинского креста. Старообрядцы доказывали: раз пророчество и каноны говорят о трёх разных породах дерева (кипарис, певг т. е. сосна, кедр), то у истинного Креста физически обязаны быть три перекладины (титла, основная перекладина и подножие), что делает его форму строго восьмиконечной. |
S (6) | Это текст из Большого Потребника дониконовской московской печати XVII в. Это текст из Большого Потребника дониконовской московской печати XVII в. Конкретно эта часть «Чина, како приимати приходящих от ересей» — раздел отречения от католиков, протестантов или униатов. Первоисточником фразы является фундаментальный канонический закон всей Христианской Церкви — 50‑е Апостольское правило. Старообрядцы цитировали его по славянской Кормчей книге и Потребнику. |
И (8) | Часть «Чина, како приимати приходящих от ересей» (раздел отречения от католиков, протестантов или униатов). Старообрядцы активно копировали этот чин в свои полемические сборники конца XVII–XVIII вв. для обличения «никониан», поскольку официальная церковь после реформ Никона допустила крещение обливанием, а не обязательным троекратным погружением. |
Θ (9) |
|
На правом поле: | Старообрядческий парафраз и переосмысление постановлений Стоглавого собора 1551 года (глава 42, «О сугубой аллилуии»): «…петь аллилуия дважды, а в третий — "Слава Тебе, Боже"». Старообрядцы твёрдо держались этого правила, считая, что двойное («сугубое») прославление означает две природы Христа, а «Слава Тебе, Боже» обращено к Отцу и Духу. Автор прямо заявляет, что введённая патриархом Никоном «трегубая» (тройная) аллилуия — это не православное предание, а «никонианская ересь». |
ΞΙ (61) |
|
ИI (18) читаются отдельные слова: | Речь идёт о неприятии бритья, введённого при Петре I. Это цитата из дореформенных богослужебных книг московской печати (из статьи в Большом Потребнике или Служебнике 1646 года), которая активно переписывалась старообрядцами в антипетровские полемические сборники. В оригинальных московских дониконовских книгах XVII в. и в последующих старообрядческих списках этот фрагмент выглядит так: «...ругаются ему [образу Божьему], и проказят лице подобия своего, иже Божиима рукама сотвореннаго, и таковаго богоделаннаго благолепия не даст им диавол ни видети, но всегда поощряет [подстрекает] их остругати [обстригати] брады своя, и усы притинати постригалы и бритвами…» |
ΘΙ (19) читаются отдельные слова: … | В основе фрагмента лежит компиляция из Кормчей книги (глава о брадопострижении) и дореформенного Большого Катехизиса. В старообрядческих рукописях этот канонический абзац выглядит следующим образом: «Такоже священная правила возбраняют православным христианом во всем, чтобы не брити брад и усов не постригати. Таковая несть православных, но поганых латынская и еретическая предания, греческаго царя Константина Ковалина [Копронима] …» |
И (8) | Подобный текст содержится в начальных главах «Поморских ответов», посвящённых детальному разбору двуперстия (в частности, в Ответе 5-м и смежных главах, где выговские авторы перечисляют канонические источники и исторические свидетельства). Эта цитата — дословный славянский перевод фрагмента из знаменитого «Слова святого Феодорита» (Феодорита Кирского), которое в дореформенной Руси являлось одним из главных канонических авторитетов, узаконивавших двоеперстие. |
КА (21) | Это цитата, приписываемая авторитету преподобного Максима Грека (из старопечатного «Слова о крестном знамении», которое включалось в дореформенные Псалтири и Поморские сборники). Этот текст цитируется в «Поморских ответах» — Ответе 5‑м, который целиком посвящен защите старообрядческого двуперстия, и частично в 11‑м и 26‑м. |
КВ (22) | Этот фрагмент относится к «Поморским ответам», имеется в виду Ответ 47, который посвящён форме печати на просфорах и форме креста. Автор этой богословской мысли — действительно святитель Симеон Солунский (в старообрядческой традиции и старых переводах — Симон Фессалоникийский), знаменитый византийский литургист XV в. Андрей Денисов в «Поморских ответах» дословно цитирует славянский перевод его главного труда — «Книги о храме» (гл. 98, «О божественной просфоре»). В ходе реформы патриарха Никона и форма печати на просфорах изменилась. Поморцы использовали авторитет греческого святого, чтобы защитить древнерусский обычай. Симеон Солунский объясняет, что круглая форма печати на хлебе символизирует безначальность и бесконечность Божества Христа (у круга нет начала и конца), а крест внутри этого круга знаменует человеческую природу Спасителя, Его истинное воплощение, земное пришествие и распятие. |
КГ (23) |
|
На нижнем поле: | Цитата из старопечатного Потребника («Чин, како приимати приходящих от ересей»). Под «агарянским обычаем» подразумевается мусульманская традиция молиться с покрытой головой. Мужчины «никониане» критикуются за то, что они отрастили длинные волосы по немецкой моде, или стали носить парики с косами и трясти ими, а также позволяют себе молиться в париках или головных уборах. Согласно апостольским правилам, для мужчины растить волосы и молиться с покрытой головой — это бесчестие. Они подкрепляли свои тезисы авторитетом Иоанна Златоуста, ссылаясь на его толкования Посланий апостола Павла (где Коринфянам объясняется, почему мужчина должен молиться с открытой головой, а женщина — с покрытой). |
1 Гувакова, 2022. С. 56—75.