Ярославль, третья четверть XVIII в.
Дерево, левкас; темпера
198 × 68,6 × 2,6 см
Доска из трёх частей, без ковчега, с двумя встречными фигурными клиновидными шпонками
Икона представляет собой боковую дверь в алтарное помещение, диаконник или жертвенник. Чаще всего на этих дверях помещали образы Благоразумного разбойника, архидиакона Стефана, архангелов. Выбор для двери образа Прохора, ученика Иоанна Богослова, записавшего текст Апокалипсиса, апостола от семидесяти, одного из семи первых диаконов, а впоследствии епископа Никомидийского, — редкость, которая свидетельствует о высокой образованности заказчика. Стилистически икона относится к середине XVIII столетия, о чём свидетельствует слияние стилистики рококо с её нежным приглушённым колоритом, построенным на сопоставлении розового и голубого цветов. Подобные иконы писались в Ярославле в середине века, пример — образ Богоматери на престоле 1747 г. работы Афанасия и Ивана Шустовых из церкви Троицы Власьевского прихода в Ярославле (Музей «Новый Иерусалим»)1. Произведению свойственна ещё одна особенность русской живописи XVIII столетия: в Петровскую эпоху ликам юных диаконов на иконах и диаконских дверях придавали сходство с царём. В эпоху, когда правили императрицы, все дамы на портретах были немного похожи на императрицу. В данном случае округлый миловидный лик Прохора имеет черты сходства с Елизаветой Петровной, что может служить датирующим признаком.
Потёртости и шелушение красочного слоя, мелкий кракелюр. Вертикальные царапины на лике, шее и воротнике. Точечные утраты красочного слоя на облачении и левой руке. Выщербы древесины по краям основы.
1 Комашко, 2006. Кат. № 121, с. 326, ил. на с. 151.