Сэйкодзан (яп. 精巧山)
Киото, период Мэйдзи (1868–1912)
Керамическая масса; глазурь кракле, надглазурная полихромная роспись, золочение
Высота 9,5 см, 15,5 см
Чаша полусферической формы на невысокой кольцевой ножке с золочёными краями. На донце нанесена марка в прямоугольном картуше: «精巧山造» — «Создано Сэйкодзаном». Тулово внутри и снаружи расписано бытовыми сценами. С внешней стороны изображено весеннее празднество, посвящённое любованию цветущей сакурой — ханами. Под сосной художник поместил сцену игры в такэтонбо — традиционную японскую летающую игрушку. Название означает «бамбуковая стрекоза», а действует игрушка по принципу пропеллера. Внутри чаши изображён осенний праздник — День хризантемы (Кику-но сэкку). Нижняя часть тулова украшена орнаментальной лентой мильфлёр («тысяча цветов»). На донышке в центре расположена сцена с двумя журавлями на скале, омываемой волнами — символ долголетия, удачи и счастливого брака.
Роспись выполнена тончайшей кистью с невероятной проработкой деталей. Хотя биографические сведения о мастере практически не сохранились, его творчество известно благодаря сотрудничеству с керамической компанией «Ясуда» из Киото. Компания славилась строгим отбором художников — лишь мастера высочайшего уровня получали право работать на её производстве. Сэйкодзан был одним из таких выдающихся художников, чьё исключительное искусство способствовало мировой славе компании. Деятельность «Ясуды» заканчивается в середине 1910‑х годов, совпадая с окончанием расцвета «сацумского стиля» экспортной керамики. Триумф стиля длился около полувека — от первого успеха в Париже в 1867 году до начала Первой мировой войны. За эти десятилетия лаконичное оформление керамики, создававшейся в мастерских провинции Сацума, превратилось в пышный, сложноорганизованный декор в мастерских Киото, Осаки, Кобэ, Токио, Канадзавы и Иокогамы.
Именно в деталях раскрывается высочайшее мастерство Сэйкодзана. Его роспись, выполненная железными и эмалевыми красками, отличается невероятной тонкостью и детализацией. Каждая деталь — листок, складка одежды и черта лица — прописана с ювелирной точностью. Композиция безупречно вписана в форму предмета, что говорит о глубоком понимании художником пространства и пропорций. Чаша отличается высочайшим качеством живописи и великолепной сохранностью. Произведение имеет высокое историко-художественное и коллекционное значение как образец утончённого японского искусства периода Мэйдзи.